Хитросплетение богемы и бизнеса (Paris Photo 2011)

Все найденные мной в Сети тексты о Paris Photo начинались (и нередко заканчивались) анализом фотографического рынка (кто продал меньше, больше, дороже и пр.) Когда я ехала в этом году впервые на Paris Photo, цены на фотографии были тем, что волновало меня меньше всего. Больше всего — возможность увидеть Париж, посмотреть «вживую» работы классиков фотографии (которых на парижской ярмарке было представлено немало — ведь они пользуются спросом!), а также посетить ярмарку фотокниг Offprint, еще одну фотографическую ярмарку Nofound Photofair, выставку Дианы Арбус и различные лекции, круглые столы и artist view’s (публичные интервью с фотографами, сопровождаемые видеопрезентацией их работ).

В этом году главная европейская фотоярмарка отметила свой 15-летний юбилей и переехала в другое помещение (в прошлые годы местом ее размещения был Лувр). В огромном помещении дворца Grand Palais работы своих авторов представили 135 галерей из 23 стран. Основной темой Paris Photo 2011 стала африканская фотография «южнее Сахары», как было заявлено в названии.

В первый день ярмарки состоялся закрытый VIP-показ для специалистов и коллекционеров. Все остальные смогли посетить ее лишь на следующий день — и эта задача оказалась не из легких. Очередь к Grand Palais выстроилась с самого утра. За полчаса до открытия на Елисейских полях, несмотря на резкое похолодание и пронизывающий ветер, собралось уже не менее 300 любителей фотографии, выстроившихся в шеренгу до самого входа в метро.

Внутри огромное помещение, выделенное под фотоярмарку, разделено на небольшие стенды галерей, большинство посетителей прилетело специально на Paris Photo, почти везде английская речь. Ценители фотографии, журналисты, представители финансовых фондов, студенты артшкол, фотографы… Галеристы каким-то нюхом вычисляли тех, кто способен что-то приобрести, старательно улыбаясь, показывали галерейное портфолио заинтересовавшего автора (солидного вида картонная папка с отпечатками большого размера на дорогой бумаге). Однако, по словам одной хозяйки галереи, сразу на месте фотографии покупают редко — в основном, потенциальные клиенты оставляют визитки и информацию о том, что именно их заинтересовало, а через несколько дней сотрудники галереи обзванивают и «обрабатывают» покупателей.

Сама фотоярмарка очень напоминает лондонскую ярмарку современного искусства Frieze Art Fair — та же странная атмосфера хитросплетения богемы и бизнеса. Правда, французская выставка-продажа выглядит немного более «интеллектуальной» — у нее есть отдельный просветительский блок (основная выставочная экспозиция и live-платформа «Mutations», где можно послушать интервью с известным арткритиком или поприсутствовать на дискуссии с участием профессоров фотографии из ведущих мировых учебных заведений).

Также на территории Paris Photo расположилась книжная ярмарка, представляющая свежие (или уже не очень) фотокниги, раритеты, а также книги, изданные ограниченным тиражом (limited edition). В определенные часы, успев занять очередь, можно было подписать купленный экземпляр у самого автора. Автограф-сессии здесь были весьма популярны — например, издание Уильяма Эгглстоуна «Chrome», несмотря на цену в 220 евро, было быстро распродано и очередь за подписью автора оказалась рекордной. И это неудивительно — фотокниги сегодня являются объектом коллекционирования и их стоимость в среде библиофилов может доходить до нескольких десятков тысяч евро. Однако, как прозвучало на дискуссии в рамках параллельной книжной ярмарки «Offprint» — «современная фотокнига — это не фетиш, а способ авторского высказывания».

В рамках Paris Photo специально приглашенными специалистами была выбрана лучшая фотокнига за последние 15 лет. Этот титул получило издание Пола Грэхема «Мерцание возможностей»/«Shimmer of Possibility» издательства Steidl, состоящее из 12 небольших книг о жизни современной Америки, вдохновленное, по словам автора, короткими историями Чехова (цена издания на ярмарке составила около 900 евро).

Центральная экспозиция Пари Фото, раскрывающая основную тему «Африканская фотография», объединила в себе две выставки. На первой были представлены лучшие фотографии с биеннале африканской фотографии Les Recontres de Bamako, на второй посетители могли оценить экспонаты из частной коллекции Артура Вальтера (историческая коллекция портретов, сделанных африканскими фотографами). Многие галереи-участники ярмарки, работающие с авторами из Африки, сделали акцент на представлении именно их работ. Наиболее известные имена фотографов из Южной Африки сегодня — Питер Хьюго/Pieter Hugo, известный своими сериями про Нолливуд и геноцид в Руанде, а также Джоди Бибер/Jodi Bieber — победительница World Press Photo, прославившаяся портретом афганской девушки Аиши.

Ярмарка поражает своим размахом и диапазоном представленных работ — от фотографий середины XIX века, бережно прикрытых бархатными портьерами (работы Генри Фокса Тальбота), до самых современных авторов, выставляемых на последних актуальных фестивалях и биеннале.

Из работ русских фотографов на Paris Photo мне встретились лишь два портрета Маяковского, сделанных Александром Родченко, несколько работ Бориса Михайлова и инсталляция Анастасии Хорошиловой «Старые новости». На мой взгляд, инсталляция заслуживает особого упоминания. Показанная в параллельной программе 54-й Венецианской биеннале, она представляет собой серию больших лайтбоксов с портретами матерей, потерявших своих детей в Беслане. Дополняют экспозицию архивные видео из новостей, сообщающих о трагедии в Осетии. Автор обращается к теме памяти — страшные события быстро забываются, превращаясь для общественности в «устаревшую», неактуальную информацию или повод для пустого светского разговора, в то время как горе людей, потерявших близких, не стареет.

Paris Photo предоставляет уникальную возможность сразу в одном месте увидеть легендарные работы четы Бехеров, Августа Зандера, Картье-Брессона, Брассая, Андре Кертеша, Уильяма Эгглстоуна и многих других классиков фотографии. Современная фотография не менее интересна — наиболее запомнились автопортреты «исчезающего художника» Лю Болина/Lju Bolin, минималистичные композиции Майко Харуки/Maiko Haruki, удивительные детские портреты-амбротипии Маттиаса Ольмета/Mattias Olmeta, работы фотографа Хендрика Керстенса/Hendrik Kerstens, стилизованные под голландскую живопись 17 века, а также серия работ о Японии Майкла Вольфа. Проект последнего «Tokyo Compression» был также представлен в виде книги, которую я, не удержавшись, купила. Портреты спящих жителей японского мегаполиса, снятые через запотевшие стекла вагонов метро, поражают своей экзистенциальной тоской. Кажется, что люди, зажатые в толпе, в коробках из стекла и металла, задыхаются в своем долгом и безрадостном путешествии — и здесь, конечно, имеется в виду не только поездка в метро.

Параллельно проходящая ярмарка Nofound Photofair представила несколько иной срез фотографии, производя впечатление light-версии Пари Фото. На площадке — множество работ молодых фотографов, зачастую экспериментирующих на грани трэша, порно и антиэстетики. После часа хождения по Nofound от всего этого визуального шума у меня закружилась голова. Выделялась уровнем работ парижская галерея Лизы Фетисовой «RTR», оставшаяся практически единственным стендом, где были представлены классически красивые фотографии (и, насколько мне известно, они имели успех).

Среди событий, состоявшихся в рамках недели фотографии в Париже, также прошли два портфолио-ревю, организованные Lens Culture Fotofest и Nofound Photofair. Участие в смотре Fotofest и Lens Culture стоило около 700 евро за три дня (или около 300 евро за один день). Плата за участие в ревю, прошедшем в Nofound, была более приемлемой (около 100 евро в день). Хотя, Джим Каспер из Lens Culture, который был одним из моих ревьюеров в Москве в августе, и намекал на то, что стоило бы показать работы осенью на ревю в Париже, я не решилась это сделать — живы еще болезненные воспоминания об утомительном московском марафоне, да и новых серий для показа пока не созрело.

Многим молодым фотографам (в том числе и российским), имеющие агентов и связи, удавалось во время Paris Photo, минуя участие в официальном ревю, в неформальной обстановке показать свои работы специалистам и наладить контакты для будущего сотрудничества. Попытка продвижения собственных проектов кураторам и книг издателям — кажется, для многих это и являлось основной целью поездки, а сама ярмарка стала лишь поводом, собравшим этих желанных гуру фотографии в одном месте.

Стоит упомянуть еще о книжной ярмарке Offprint с впечатляющим ассортиментом фотокниг — начиная от выпущенных известными издательствами альбомов с прекрасной полиграфией, твердой обложкой и внушительными ценами до самодельных зинов на бумаге для ксерокса, состоящих буквально из нескольких страниц. Часто книги за прилавками продавали сами авторы и охотно рассказывали о своем издании и концепции проекта или серии. Из четырех залов с книжным «развалом» мне удалось посетить лишь два, и очень жаль, что не было времени заглянуть в оставшиеся.

Единственное событие в Париже, на котором никто ничего не предлагал и не продавал, была выставка Дианы Арбус. Однако она и произвела на меня самое глубокое впечатление. После двух с половиной часов ожидания на улице удалось наконец войти в зал. Однако внутри выставочного пространства людей было не меньше — та же самая длинная очередь крайне медленно двигалась в обе стороны вдоль стен, пристально рассматривая отпечатки альбомного формата. Пришлось встроиться в общий ритм движения и передвигаться таким образом, что это больше напоминало какой-то священный ритуал. Но эта ритуальность движения как нельзя лучше подходила для созерцания именно этой экспозиции — замедленный темп вынуждал зрителя подолгу смотреть в глаза каждому из героев на снимках, оставаясь с ним наедине около минуты. И это было весьма странное и порой пугающее ощущение, которое никогда не появлялось у меня при просмотре этих фотографий в Интернете. При близком контакте в глазах этих людей оказывался какой-то необъяснимый экзистенциальный страх или жертвенная покорность. После просмотра всех залов экспозиции, мне, кажется, удалось для себя сформулировать, о чем говорят (или молчат) эти взгляды. Казалось, что это глаза людей, заглянувших в глаза к дьяволу. Была ли дьяволом сама Арбус, или это проявление ее уникального таланта — «вытянуть», «поймать» в повседневном потустороннее, трансцендентное? Кажется, всех остальных посетителей тоже именно это мрачное и одновременно притягивающее ощущение буквально примагничивало к стенам и долго не отпускало.

В общем, ехать на Paris Photo есть смысл, даже если вы не коллекционер и не продаете свои фотографии через какую-нибудь галерею — полезно побыть несколько дней в самом сердце фотографической жизни, почувствовать контекст мирового фотоискусства — ведь именно этого не хватает многим российским авторам, как показало августовское ревю в Москве. Важно также, что кроме основного действа Paris Photo в Париже осенью проходит множество параллельных фотографических событий — и некоторые из них могут стать гораздо более значимыми и важными, чем сама фотоярмарка.

 

статья была опубликована на портале photographer ru